***

Не город — каменная пристань,
Где встретил берег океан,
Где над обрывом сосны свистнув
Встаёт владыкой великан.
Здесь время движется иначе,
Сплетая сталь и бирюзу,
Здесь Амур-батюшка маячит
В туманной, утренней слезе.

Ты помнишь зов Ерофея?
Где пахло порохом тайги,
Где кони, сабли и ливреи
Стелили первые круги.
Здесь град заложен был на диво,
Сквозь сопки, гати и года,
Чтоб стать щитом неторопливым
У самой кромки льда.

Раскинув плечи на Уссури,
Уткнувшись в неба синеву,
Ты держишь берег свой в лазури
И в снежную метель, и в мглу.
Твои мосты — как взлёт мечтаний,
Стальные нервы поперёк,
И каждый рельс — напоминание,
Что здесь не ведают тревог.

Но тишина твоя обманчива:
Гудки, трамваи, свет витрин.
Здесь Пушкина, Дикопольцева,
И говор улиц — как один.
Здесь каждый двор — своя легенда,
Где липы шепчут в вышине,
И краски летнего веранда
Рисует счастье на стене.

А вечером, когда прохлада
Сползает с сопок в тишину,
Ты зажигаешь взгляд громады —
Огни в ночную глубину.
Светятся окна, как улыбки,
Мерцают бликами мосты,
И не смолкают даже в зыбкой
Ночи твои мечты.

Здесь пахнет хвоей и дождями,
И свежей выпечкой с утра,
И тополями, и грибами,
Когда в тайгу идти пора.
Амурский уловом играет,
Бьёт рыба в сети до зари,
И солнце в воду окунает
Свои багровые шары.

Глядишь на запад — там Россия,
Глядишь на восток — там рассвет.
Ты — крепость, ты — душа стихии,
Тебя милее в мире нет.
Ты встал на страже этой суши,
Где небосвод высок и чист,
И пьют твой воздух наши души,
Как вечный, солнечный нектар.

***

Не в чертогах, не в райских кущах
В русской, мятой, хмельной глуши
Капитал, словно пёс могучий,
Рвёт нам глотки и души.
Не деньгами — клыками света,
Не рублём — а стальным нутром,
Он высасывает рассветы
Из-под спутанных, серых лбов.

Золотые тельцы на тронах,
Вместо икон — пластик и медь.
Мы в стаканах, как в иконостасах,
Разбавляем надежду пить.
А по краю — дворы да свалки,
Где на «Лексусе» въезжает брат.
У него глаза — как запалка,
У меня — как у нищих псалмы.

Капитализм — это грязь и кайф,
Это бабки на ветер, в кровь, в сопли.
Это мама в аптеке — считает тайфун,
А папа в цеху — доживает копейки.
Это небо в алмазах — для тех, кто внизу
Проиграл свои души в кости.
Это правда в глазу и мат на слуху,
Это счастье — в чужом удовольствии.

Он пришёл не с мечом, а с баксом,
Разукрасил витрины в хлам,
Обменял наши души на кексы
И раздал по карманам там.
Где вчера был завод — теперь лофты,
Где вчера был сарай — теперь клуб.
И поют под гитару до хрипоты,
Что мы — рабы, но мы не глупы.

Да пошёл ты, капитал, ко всем чертям!
С твоей биржей, с твоей вольной кабалою.
Ты даёшь нам на хлеб, но отнимаешь храм,
Ты зовёшь нас в полёт, а сажаешь в сараи.
Ну, за что? Ну, за что эта дрожь по рукам?
За какие грехи эти цифры?
Мы хотим по-простому: с размахом, с огнём,
Чтоб не тень на плетне, а калитка в мир сбылась.

Но земля-то одна — и под снегом, и в зное,
И Россия — она всё равно не Аляска.
Здесь не купишь за доллар родное, святое,
Здесь не сдашь за евро нашу ласку.
И матюк наш — как гром на паперти,
И тоска — как река в берегах.
Капитализм — это враг или паперть?
Просто люди стоят в дураках.

Эх, раздолье, кураж, да в придачу — беда,
Золотые тельцы на завалинках.
Мы пройдём. Мы сдохнем. Но будет тогда
Совесть в выигрышных раскладах.
А пока — рвём рубаху, плюём на коньяк,
На витрины, на лживые лацканы.
Капитализм — он не враг и не друг.
Он — Россия. Такая. Безбашенная.